Пропустить до основного содержимого
ФЕДЕРАЛЬНЫЕ И НАЦИОНАЛЬНЫЕ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЕ УНИВЕРСИТЕТЫ

Новости

Найти
УЦ Сетевая Академия
Новости
Услуги
Эксперты
Проекты
Статьи
  

7.12.2010 «Большие гранты» Минобрнауки: разбор полётов 

 
 

Игорь Ефимов – профессор биомедицинской инженерии, клеточной биологии и физиологии в Вашингтонском Университете, США. Он работал в Кливлендской Клинике, лучшем в США кардиологическом отделении. Потом – в университете Case Western Reserve, одном из старейших факультетов биомедицинской инженерии в мире. Теперь он работает в Washington University в Сент-Луисе, медицинская школа которого входит в тройку лучших в США. Помимо науки занимается предпринимательской деятельностью в области кардиологии. Живет в Сент-Луисе, городе Марка Твена, на Миссисипи.
Игорь Ефимов – член совета директоров Russian-American Medical Association и вице-президент Russian-speaking Academic Science Association

На прошлой неделе мой знакомый русский учёный из Германии прислал ссылку на интервью Татьяны Марининой из Департамента международной интеграции Минобрнауки.

«В данный момент,— рассказывала Маринина в интервью,— участники конкурса, не ставшие победителями, уже получили экспертные заключения. Мы рассылаем их намеренно, чтобы они увидели, в чём были огрехи и почему они не стали победителями».

Я— как раз один из тех участников, кто не стал победителем этого конкурса, и хотел бы знать свои «огрехи». Осознание своих «грехов»— первый шаг к раскаянию и исправлению. Но, чтобы не говорила г-жа Маринина, никаких экспертных заключений я не получал.

Конкурс учёных

Для возвращения ученых в российские вузы правительство выделило 12 млрд рублей на 2010-2012 годы. Эти деньги распределяются на конкурсной основе: претендент может получить грант из федерального бюджета на проведение научных исследованией в размере до 150 млн рублей, если его заявка получит одобрение.

Одно из условий гранта: необходимость очного присутствия в российском вузе не менее 4 месяцев в календарном году, начиная с 2011 года.

В конкурсе, итоги которого были подведены 29 октября, участвовали 507 претендентов, в том числе 291 россиянин, 179 иностранцев и 37 ученых с двойным гражданством. Победителями стали 40 ученых, в том числе 20 граждан Россиия (6 с двойным гражданством), 10 граждан США, 7 граждан ФРГ. Им выделены гранты на общую сумму 5,33 млрд рублей.

Оставшиеся 6,67 млрд рублей будут распределены на втором конкурсе, который пройдет в начале 2011 года.

История успеха Константина Северинова

Источник: FinamFm

Получил я только письмо о том, что не стал победителем конкурса и приглашение к участию во втором туре. Точно такое же письмо получил и Константин Северинов, который привёл его в своем недавнем интервью «Принятая Советом по грантам Правительства РФ процедура откровенно безобразна».

Я ответил, что моё участие будет зависеть от уровня экспертной оценки, с которой меня пока не ознакомили. Я расспросил несколько знакомых мне лично участников этого конкурса— они также никаких экспертных заключений из Минобрнауки не получали. И, также как и я, они тут же обратились с вопросом к чиновнице, приславшей по электронной почте решение об отказе в финансировании.

Чиновница ответила, что экспертные оценки были высланы по почте три недели назад. Не знаю, куда они были высланы и по какой почте, но даже до Москвы они пока не дошли, согласно данным ещё одного из «грешных» подавателей заявок на большие гранты, который живёт в одном городе с министерством. Возможно это была голубиная почта. Будем ждать…

Между тем, к разъяснениям о почте чиновница приложила файлы, представляющие собой необработанные куски текста, написанные разными экспертами и склеенные, как разноцветные заплатки из русского и английского текста, будто коврик, который когда-то лежал у меня перед входом в квартиру.

Победитель конкурса Минобрнауки - американец Фарид Мурад, лауреат Нобелевской премии 1998 года по медицине

Победитель конкурса Минобрнауки - американец Фарид Мурад, лауреат Нобелевской премии 1998 года по медицине

Источник: Pharmacological Reviews

Я тут же занялся изучением своих «грехов», чтобы понять как их исправить в будущем.

Процедура в общем знакомая и привычная каждому учёному, особенно в нынешнем экономическом климате. В последний цикл финансирования я подал 5 заявок на гранты Национальных Институтов Здоровья США (NIH)— один грант получил идеальный счёт и поэтому точно будет финансирован, один был подан вторично и был финансирован на этот раз, два придётся переподавать с учётом «огрехов» отмеченных рецензентами, и один находится в «пограничной зоне», близкой к финансированию и поэтому нужно ждать заседания совета.

Жизнь завлаба в этом и состоит— писание грантов, томительное ожидание решения, радость или чаще разочарование с последующим переписыванием грантов. С другой стороны, завлаб также является экспертом, который рецензирует гранты других учёных. Поэтому мы все видим процесс финансирования лучших из лучших с обеих сторон— как субъекты, так и объекты процесса экспертной оценки, на котором зиждется меритократия передовой науки в развитых странах и прогресс человечества.

Россия только начинает свои первые младенческие шаги по пути меритократии в науке. Как любой младенец, она спотыкается и падает, но упорно продолжает свои попытки выбраться из неэффективной и коррумпированной патронажной системы финансирования науки, основанной на клановости «школ», родстве, местничестве или принципу «начальству виднее».

Нурсултан Назарбаев посещает медицинский центр в Шымкенте

Нурсултан Назарбаев посещает медицинский центр в Шымкенте

Источник: Южный Казахстан

Некоторые страны предпочитают учиться на ошибках других. Так, например, президент Казахстана Нурсултан Назарбаев во время недавнего визита в Вашингтон пригласил в Казахстан доктора Антонио Скарпа, директора Центра Научной Экспертизы Национальных Институтов Здоровья— самой большой в мире организации, проводящей экспертную оценку научных проектов.

Испания пригласила известного кардиолога и учёного профессора Виктора Фустера из США, чтобы помочь создать работающую систему, подобную Национальным Институтам Здоровья США, взамен безнадёжно коррумпированной, испанской патронажной системе.

Россия XVIII-XIX веков тоже училась на ошибках других. Но современная Россия, по-видимому, стремится учиться на своих ошибках и разрабатывает сложные программы экспертной оценки своими силами. Что из этого получится— покажет время.

Победитель конкурса - французский физик Жерар Моро

Победитель конкурса - французский физик Жерар Моро

Источник: videoizle.bedava100.net

Тем временем, я ознакомился со своими «грехами» и «грехами» нескольких знакомых, которые прислали мне полученные тем же путем «черновые» экспертные заключения. Все эти учёные— безусловно мирового уровня, лидеры своих направлений науки.

Прочитав их и своё экспертные заключения, я не увидел ни одного замечания по поводу научных планов. Все эксперты без исключения выражали одобрение научному плану, университету, в котором предполагается основать новую лабораторию и будущим возможностям по подготовке молодых учёных в России.

У некоторых из учёных, приславших мне свои «грешные» экспертные заключения, я вообще не нашёл «грехов», буквально ни одного. Непонятно, почему они не получили грант?

Победитель конкурса - Юрген Оберст

Победитель конкурса - Юрген Оберст

Источник: UTIG

У других «грехи» состояли исключительно в оргвопросах. Вот некоторые «грехи» по частоте их встречаемости.

Грех №1. Один из экспертов выразил сомнение в достаточности моего опыта руководства научной лабораторией.

Я это делаю уже более 12 лет в ведущих организациях США, в которых мне довелось работать: Руководил достаточно успешно, судя по непрерывному с 1998 года финансированию Национальных Институтов Здоровья (NIH), гранты которых даются только руководителям независимых лабораторий. Независимость учёного и его способность руководить лабораторией особо обсуждается экспертными советами NIH.

Но эксперт Минобрнауки (МОН) почему-то решил, что я это делаю всего 5 лет, и, с его точки зрения, этого недостаточно. Почему он так решил? Потому что он «изучил» мою биографию.

Такие же «грехи» были найдены и у других учёных, которые несмотря на свой молодой или средний возраст показали научную продуктивность, превышающую продуктивность многих российских академиков, сидящих «на кормление» в своей давно бездействующей лаборатории или институте по 40 лет.

Грех №2. Эксперт посчитал недостаточным мой срок пребывания в должности полного профессора (3 года), а у другого ученого— срок пребывания в должности завкафедрой (тоже 3 года).

То, что в США карьера завлаба начинается с должности Assistant Professor, этому эксперту, по-видимому, не известно. Интересно, как тогда дали гранты учёным которые пока вообще не стали полными профессорами или завкафедрой? Означает ли это, что талантливые молодые Assistant Professor и Associate Professor не могут подавать заявки, как недостаточно опытные? Я думаю, что это опасный прецедент, так как Россия нуждается именно в молодых активных учёных, а не в ветеранах, которых и так хватает.

Грех №3. В моём заключение выражено сомнение в необходимости создания биомедицинского центра в техническом вузе, с которым я подавал заявку.

Это— МИЭТ, российский лидер подготовки кадров в российской электронике в целом и в медицинском приборостроение в частности. Вся заявка была составлена именно в ответ на необходимость синтеза экспертизы в электронике и биомедицине для выхода на мировой уровень. Именно так создавались медицинские школы и биомедицинские программы в технических университетах Технион в Израиле, или американских MIT, Корнелл, Стенфорд. В ответ именно на эту необходимость растут как грибы по всему миру факультеты биомедицинской инженерии, находящиеся как правило в инженерных школах. Тоже самое пытаются делать МФТИ и МИЭТ в России. На мой взгляд, это мнение эксперта отражает фундаментальное непонимание реальности современной биоинженерии.

Грех №4. В одном из заключений я прочитал «В списке работ отсутствуют публикации на русском языке, да и сам проект почему-то представлен на английском, хотя автор собирается ехать в Россию».

По правилам конкурса, заявки должны подаваться на английском языке, так как ряд учёных и экспертов не говорят по-русски. Но, видимо, этот «эксперт» не читал правил и считает, вслед за президентом РАН Осиповым, что все западные учёные должны учить русский язык. Это было бы прекрасно, если бы все в мире выучили русский язык. Но мне кажется, что эксперт и президент РАН слишком оптимистичны в своём миросозерцании.

Победитель конкурса - Йорн Тиде

Победитель конкурса - Йорн Тиде

Источник: Журнал СПбГУ

Больше грехов найдено не было в прочитанных мною экспертных оценках. Самое интересное, что авторам заявок не была представлена количественная оценка их проектов, на которой собственно и основано решение о финансировании.

Увы, но экспертное заключение может содержать радужные характеристики и при этом заканчиваться жирной «двойкой». Чтобы сравнить содержимое экспертного заключения с оценкой, то есть проверить добросовестность эксперта, тоже нужна экспертиза, которой у чиновников нет и быть не может, это не их дело.

Но и у совета по грантам нет такой экспертизы, потому что он был слишком мультидисциплинарным и у него не было времени. Экспертиза позволила отсеять очевидно сильные от очевидно слабых грантов. Насколько хорошо это было осуществлено, сказать трудно, так как неизвестны количественные показатели тех, кто выиграл, и тех, кто проиграл.

Победитель конкурса Роналд Инглхарт рассказывает об итогах своего исследования о самых счастливых странах мира (на английском языке)

Источник: Youtube

С моей точки зрения, хотя в целом выигравшие заслужили свою победу, некоторые из выигравших значительно уступают ряду проигравших. Причина этому, видимо, в том, что экспертная оценка позволила создать значительную «пограничную зону» проектов с очень близкими количественными оценками. Поэтому за исключением немногих очевидных лидеров конкурса, совет мог свободно выбирать кому дать, а кому нет— из числа грантов «пограничной зоны».

Каждый член совета неизбежно имеет свои приоритеты— это и региональные (принести деньги в свой регион), и соображения научной области (усилить свою дисциплину, пригласив сильного учёного, или, наоборот, убрать возможного конкурента), и персональные соображения. Именно во избежание таких потенциальных конфликтов и создаётся система экспертной оценки. В развитых странах принятие решений о финансирование и экспертная оценка проектов разделены стеной.

В Национальных Институтах Здоровья США, например, они находятся в компетенции разных организаций, что позволяет финансировать большинство проектов именно на основе научного уровня, а не соображений регионального или политического характера.

Директор Национальных институтов здоровья США (NIH) Фрэнсис Коллинз обратился с речью к сотрудникам во время акции "На работу на велосипеде", май 2010 года

Источник: NIH

Любой научный фонд в любой стране стоит перед дилеммой, что первично— экспертная оценка или мнение совета, принимающего решение о финансирование. Эксперты, конечно, не идеальные люди. Среди них есть и возможные конкуренты, недоброжелатели, или просто малокомпетентные люди, живущие за счёт прошлых заслуг. Застраховаться от этого невозможно, хотя во многих экспертных советах есть строгие правила, ограждающие от конфликта интересов с экспертами, которые оценивают научный уровень грантов.

В конкурсе министерства эксперты набирались из числа ученых, например, РФФИ, Научного Фонда США, Американской Ассоциации Университетов, Ассоциации Европейских Университетов. Набирались эксперты в спешке. Один из экспертов мне рассказал, что приглашение на экспертизу ему пришло менее чем за 24 часа до предполагавшегося срока подачи экспертного заключения. Этот первый шаг явно нуждается в доработке.

Отбор экспертов— дело важное. В России это только начинается, и надеюсь, что это будет совершенствоваться. Я недавно получил по почте глянцевое удостоверение эксперта «Роснано». Эта организация не только привлекает экспертов со всего мира для научной экспертизы своих проектов, но и проверяет уровень этой экспертизы силами особой комиссии, которая решает, стоит ли обращаться к этому эксперту в другой раз.

Я думаю, что это правильный подход, который следует применять и в будущих проектах Минобрнауки. «Эксперты», которые не читают правил конкурса или вольно обращаются с фактами, должны дисквалифицироваться и не привлекаться в будущем. Ошибки неизбежны, но их можно исправить.

Победитель конкурса - исландец Торстейнн Инги Сигфуссон

Победитель конкурса - исландец Торстейнн Инги Сигфуссон

Источник: Riki Vatnajokuls

Демократия, как сказал кто-то очень умный,— это способ исправления ошибок. Судя по предыдущему опыту работы с научными проектами МОН, эта организация умеет учиться на своих ошибках. Например, федеральная целевая программа «Научно-педагогические кадры России», известная как "Программа 1.5", эволюционировала в правильном направлении, хотя многих ошибок можно было и избежать, если бы учиться на чужих, а не своих ошибках.

В целом, я считаю, что проект «больших грантов»— Программа 220 (названная так по номеру постановления правительства) всё же состоялся. Впервые значительная часть экспертной оценки была осуществлена учёными мирового сообщества. Хотя небольшая часть экспертов явно не владела предметом, имела сложности с английским языком и даже не читала правила конкурса. Но все учёные, получившие эти гранты, без сомнения, являются учёными высокого или среднего мирового уровня.

Победитель конкурса - Энтони Джон Сински с членами своей лаборатории в университете MIT (сидит в первом ряду, второй слева)

Победитель конкурса - Энтони Джон Сински с членами своей лаборатории в университете MIT (сидит в первом ряду, второй слева)

Источник: MIT

Хотелось бы верить, что министерство продолжит свою работу по улучшению процесса экспертной оценки и принятия решений о финансирование лучшей науки России. И также хотелось бы верить, что незаслуженно обиженные учёные, которым было отказано в финансирование без достойных внимания причин, не отказались бы от дальнейшего участия в работе с российскими университетами. Они нужны России.

Было множество скептиков и циников, считавших что никто из уважающих себя учёных не подаст заявки. Скептики и циники были посрамлены— было подано несколько десятков отличных заявок. Хотелось бы, чтобы они были посрамлены и в будущем. Но для этого нужно значительно улучшить процедуру объявления конкурса, проведения экспертизы, доведения до сведения участников всех результатов, включая количественную оценку и статистику по всем грантам, а также данные о контроле над исполнением проектов.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции GZT.RU